Канадский миллиардер Стивен Смит покупает у Ротшильдов 26,9% The Economist

Канадский миллиардер Стивен Смит, состояние которого Forbes оценивает в 6,9 млрд долларов, стал главным героем одной из самых громких медиа-сделок десятилетия. Его семейная инвестиционная компания Smith Financial договорилась о покупке 26,9% акций легендарной The Economist Group.

Продавцом выступает Линн Форестер де Ротшильд вместе со своей семьей и именным фондом. Это событие знаменует собой первую масштабную смену в структуре собственности издателя за долгие годы, ведь пакет Ротшильдов включает не только обыкновенные акции, но и специальные ценные бумаги категории «А», дающие привилегированное право влиять на назначение директоров.

Сам 74-летний Смит является воплощением «канадской мечты»: в 1984 году он пережил личное банкротство, но уже через четыре года основал First National Financial, которая сегодня является одним из крупнейших независимых ипотечных кредиторов Канады. Его бизнес-империя охватывает страхование, банковское дело и альтернативное кредитование, а благотворительная деятельность измеряется сотнями миллионов долларов (в частности, более $100 млн для Бизнес-школы Смита в Университете Квинс).

Покупка доли в The Economist — это его первая крупная инвестиция в медиасектор, и Смит уже успел заверить рынок, что стратегия издания и его знаменитая редакционная независимость останутся незыблемыми.

The Economist Group, основанная еще в 1843 году, — это уникальный механизм, где ни один акционер не может контролировать более 20% голосов. Такая сложная структура собственности (около 1000 акционеров, включая бывших сотрудников) фактически делает невозможным враждебное поглощение или диктат одного владельца. Крупнейшим партнером Смита по капиталу останется инвесткомпания Exor семьи Аньелли (владельцы Ferrari и Stellantis), которая владеет 43,4% акций. Несмотря на глобальные вызовы для прессы, группа демонстрирует отличные финансовые показатели: в 2025 году выручка выросла до $490 млн, а количество лояльных подписчиков превысило 1,3 миллиона.

Сделка Смита и Ротшильдов в настоящее время ожидает окончательного «добро» от надзорных органов и совета директоров, но она уже подчеркнула высокий интерес крупного капитала к качественной, независимой интеллектуальной журналистике, которая в эпоху фейков становится все более ценным активом.